Убийство
классической музыки
Ровно
10 лет назад англичанин Норманн Лебрехт, автор монографий
и фильмов о музыке и музыкантах, социолог и психолог,
журналист и продюсер теленовостей – реальный участник
современной музыкальной жизни, опубликовал книгу-бомбу.
Все музыкальное закулисье буквально вздрогнуло, ведь
автор публично и довольно монотонно (почти в жанре монографии)
рассказал широкой публике все то, «о чем не принято
говорить в приличном обществе». Книга – «Когда остановили
музыку» (название российского издания «Кто убил классическую
музыку»).
Естественно,
автора обвиняли – в погоне за «жареным», в том, что
«вынес сор из избы», что просто-напросто предал интересы
музыкальной культуры. Респектабельная «Файненшнл таймс»
поставила точку в дискуссии: «Эта книга – не для брезгливых».
Лебрехт же скромно заявил: «Я не объявляю о смерти классической
музыки, я просто пытался определить масштабы разворачивающейся
на наших глазах рукотворной катастрофы».
Чего стоят названия глав: «Секс, ложь и видеодиски»,
«Как делать деньги из музыки», «Менеджер вместо маэстро»,
«Фестивальный рэкет», «Кока-колизация классической музыки»...
Лебрехт опирается на собственный опыт, ссылается на
свидетельства мемуаристов и историков, публикации прессы,
использует интервью с самыми разными деятелями музыкального
мира. И рисует впечатляющую картину трехсотлетней истории
«зарождения, развития и разложения музыкального бизнеса,
утерявшего свой нерв, свои цели (не говоря уж об идеалах)
и ведущегося ныне по тем же законам, что и производство
бытовой электроники…». Массу историй вы, я уверен, просто
впервые почерпнете из этой книги – и это тоже важно,
но для меня имеет значение прежде всего то, что автор
пишет о перерождении музыкального мира с позиций ценностей
гуманистической культуры: «В погоне за деньгами классическая
музыка загоняла себя в тупик». Но разве это только про
музыку?
«Апокалипсис
– дело ненадежное»
Андрей
Горохов, ведущий передачи на «Немецкой волне» (иновещание
на зарубежные страны), живущий в Кельне музыкальный
критик, в сравнении с Лебрехтом – «неунывающий оптимист».
Собственно, это он сам считает себя вполне позитивным
писателем, решившим «пролить свет на современную музыку».
Отсюда и двусмысленное название его книжки: «Музпросвет».
Эдакое просветительство, претендующее на осве/освя/щение
современной музыки (как определил см автор, «музыки
после рок-н-ролла»). От семидесятых – к нашим дням:
регги, техно и транс, индастриал, пост-рок, фанк, диско,
хаус… Вполне сойдет за пособие для родителей, давно
разговаривающих со своими подросшими чадами на разных
языках: в «Музпросвете» даны и ключевые термины новой
музыкальной реальности, и история «новой волны», рождения
электроники и диджейства («хороший диджей – это вовсе
не тот, у которого хорошие грампластинки, и не тот,
кто их умеет состыковывать в длинную кишку, а тот, кто
умеет управлять настроением танцующих, заводить публику,
доводить ее до состояния экстаза»). Здесь же и портреты
музыкантов, совершивших революцию в звуке и способах
его записи (Ли «Скретч» Перри: «…двадцать дорожек, которые
пасутся в космосе, посылают мне вибрации, которые я
принимаю сквозь стены моей студии. Я пастух космического
даба».)
Родителям действительно стоит почитать книженцию Горохова
и ради того, чтобы побольше узнать о… наркотиках (очень
подробно автор описывает, какой вид наркотика «сочетается»
с каким музыкальным стилем и какие музыканты что употребляли).
Но если читать внимательно, можно найти и такие высказывания
«музыкальных идолов», которые хоть на стене школы золотыми
буквами пиши. Вот, например, Гэри Кобейн: «Тысячи людей
мучаются от своей неспособности стать Дэвидом Боуи,
а ведь это чистое безумие. Сильный человек должен сформировать
себя, не опираясь на общеизвестный образец. Это очень
сложное дело, и успех не гарантирован».
Высокое/низкое
«Ребенком
я думал, что стать взрослым – это значит перестать слушать
поп-музыку и перейти к классике или хотя бы интеллигентному
джазу. Иерархия вкуса была лестницей, по которой ты
двигался к своей взрослой идентичности». Джон Сибрук,
автор вызывающей книги «Nobrow. Культура маркетинга.
Маркетинг культуры», действительно так думал. Он вырос
в типичной американской семье, стремящейся к Стилю и
Вкусу: «В детстве я составил представление о том, что
такое культура, благодаря журналу «Нью-Йоркер», который
лежал на кофейном столике в доме моих родителей».
«Более ста лет так функционировало в Америке понятие
статуса: ты зарабатывал деньги… и потом, чтобы укрепить
свое положение в обществе и отгородиться от других,
вырабатывал в себе презрение к дешевым развлечениям…
составлявшим массовую культуру». И журнал исповедовал
принцип Мэттью Арнольда: «Стремиться объективно пропагандировать
все лучшее, что существует в мире». Но при трансформации
общества в мир потребления оказалось невозможным примирить
«старые ценности журнала – некоммерческий подход, изощренность,
хороший вкус и традиционность» с новыми: модой, остротой,
сенсациями и «горячими новостями».
«Нью-Йоркер»,
элитарный и благопристойный журнал для сохранения своего
авторитета отгородился от большей части коммерческой
культуры. Собственно, в этот момент Сибрук пришел работать
в журнал – и стал свидетелем и летописцем рождения нового
общества: «старые культурные арбитры, задача которых
была в том, чтобы определить, что «хорошо» в смысле
«имеет ценность», заменялись новыми, для которых «хорошо»
означало «популярно». И если раньше элита дистанцировалась
от массовой культуры, а сама культура довольно прямолинейно
переводилась в статус понятиями «высокое» и «низкое»,
то сейчас произошел тектонический сдвиг – от аристократической
иерархии к масс-культурной модели ноубрау (термин придумал
сам Сибрук).
Автор не выставляет оценки, он просто фиксирует процессы
и тенденции, замечая на полях: «Вкус – это идеология
того, кто этот вкус формирует, замаскированная под беспристрастное
суждение».
Нам еще предстоит понять – что происходит с культурой
в обществе потребления. И какую культуру мы теперь потребляем.
